realistromantic (realistromantic) wrote,
realistromantic
realistromantic

Это наша вина...



Мы читаем в СМИ, как матери убивают своих новорожденных детей. Мы знаем, что это очень редко, но... но это ужасно. Мы читаем о диких родителях, выбрасывающих своих детей из окон... Читаем и многое другое...

И мысленно переносим это на себя. Мы ведь тоже родители. Тоже иногда что-то забудем, тоже иногда сердимся на детей зря. Тоже иногда выпьем. А значит — между этими нелюдями и нами не такая уж и астрономическая разница. Мы никогда не станем так поступать, но... но подсознательно понемногу переносим на себя.

Переносим на себя — и судим о них по себе. Отказываемся верить криминологам, которые констатируют, что на самом деле матери, выбрасывающие своих детей — это уже действительно тяжёлые случаи, в которых матери уже ни в медучреждение, ни в беби-бокс ребёнка не понесут.

Переносим на себя — и судим о себе по ним. И тогда начинаешь ненавидеть этих уродов так, как можно ненавидеть только самого себя. Игиловские головорезы не вызывают такого отвращения. И понятно почему: их чёрные дела на себя мы не примеряем.

Вообще, это нормально — переносить на себя. Только взглянув на «шкуру» этих больных как на свою, можешь как-то понять их.

Правда, сразу хочется оторвать этим чудовищам руки и ноги... Но, может, точно так же и им хотелось за что-то оторвать руки и ноги своим детям? Но то дети. А это нелюди... Это уже какой-то ад.

Это и действительно ад. Так и называется: «социальный ад». И он дышит. Дышит с экранов телевизора. Экран телевизора почему-то особенно любит показывать ад. Так смачно, что даже начинает вериться в невесть откуда взятые цифры о том, что «у нас в семьях 20% насилия». Судья начинает разбирать каждое дело о лишении родительских прав так, как будто перед ним отпетая алкоголичка. И неважно, что на самом деле опека просто «застукала» бабушку за стопкой коньяка на поминках, первой за полгода, а дети — спортсмены с медалями. «Знаем мы ваши поминки!»

Но всё равно — переносить всё на себя — это правильно. Это, я бы так сказал, по-русски. Примерив на себя и ужаснувшись, имеешь и моральное право осуждать. А как осуждать, если не понимаешь?

Примерив на себя, ужаснувшись и осудив, сразу думаешь: как это исправить? И это очень здорово, что такой ход мыслей начинается.

Но — он сразу прерывается. Потому что — оказывается! — мы не вправе это исправлять! Принудительное лечение алкоголизма? Помилуйте, права человека! Материальная помощь малоимущим семьям? Что вы, всё пропьют! И вообще, у нас капитализм, на всех денег нет, они сами во всём виноваты, а вы лучше идите боритесь с хищениями в Аэрофлоте.

И вот тогда-то человек и оказывается ненужным. И вот уже на дороге лежит бомж — и мы не можем ему никак помочь, разве что дать ему булку или 10 рублей. И если дать 10 рублей, то мы знаем, куда они пойдут. Ад начинается.

А душа страдает. Мечется.

* * *

И тут приходит его величество Суррогат.

— Мучаетесь? Дети на помойках? А вот! Смотрите, какая благородная Лена Котова! С мишкой! Комфортный беби-бокс с кондиционером! Только протяни руку! Шаговая доступность! Скажи «да» — и дети спасены!

И душа не выдерживает. Сдается:

— Да-а-а-а! Лучше уж так, чем в помойку!

* * *

Дальше из-за спины Суррогата вылазит что-то еще более уродливое и рвется в атаку:

— Насилие! Это когда скальп снимают, насилуют, в окна выбрасывают или по попе шлёпают. Вы же знаете, что по попе можно так шлёпнуть, что и почки отбить? Давайте насильников судить! Если насилия больше, чем вреда здоровью (УК 116: причинение боли без вреда здоровью: до 2 лет), то судить будем даже строже, чем когда вреда здоровью больше, чем насилия (УК 115: причинение боли с лёгким вредом здоровью: до 4 месяцев). Потому что насилие — это ужас! А вред здоровью — ну что ж, бывает.

Тут, правда, стопор. Услышав заклинание «насилие», душа снова мечется, но на такой бред, чтобы за воспитание детей сажать в тюрьму, идти явно не готова. (Здесь я излагаю усреднённую позицию. Конечно, некоторые вообще не реагируют на мантру «насилие» и предпочитают обсуждать порознь вред здоровью, дискомфорт, унижение и воспитание, а некоторые, наоборот, искренне считают, что детей шлёпать нельзя от слова «табу». Но, в среднем, от слова «насилие» что-то начинает метаться, хотя до одобрения 323-ФЗ не доходит.)

А всё отчего? Оттого, что поверили, что бомж на дороге — это необходимые издержки светлого капиталистического настоящего. Оттого, что согласились, будто алкоголизм — это личное дело каждого, а не позор всех родных и соседей. Оттого, что приняли, что главный смысл жизни — это дача, квартира и автомобиль. И что нечего бороться с несправедливостью.

А что потом люди постепенно спиваются до того, что дети родные не милы, — это уже, простите, следствие.

Tags: беби-бокс, ювенальная юстиция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments