realistromantic (realistromantic) wrote,
realistromantic
realistromantic

Что будет с миром, если из него последовательно изъять...

...в любом порядке всё перечисленное:

сказку о Деде Морозе, новогоднюю ёлку, первое сентября, слова «мама» и «папа», так называемую «гомофобию» вообще и среди духовенства в частности, уважение к родителям, к учителям, к старикам, веру в светлое будущее в любом ее виде (от «завтра будет лучше, чем вчера» или «разум когда-нибудь победит» до веры во Второе Пришествие), международное уважение к законно избранной власти, табу на людоедство, представление о том, что мальчик — это будущий мужчина, а девочка — будущая женщина (а не, например, наоборот), представление о том, что нехорошо воровать и обижать слабых, доверие и уважение к милиции, к суду, к депутатскому слову и к слову вообще, к результатам голосований и референдумов... и еще десяток тысяч подобных вещей?



Мне кажется, что мир попросту рухнет.

Когда-то по радио я слышал сказку о том, как некая машина по чьей-то глупости начала сотворять «ничто», и остановилась только случайно, успев уничтожить кучу вещей, о которых теперь уже никто не знает.

Только что прочитал, как пошатнулся еще один, маленький и, казалось, уже предельно невинный камушек в мироздании:

«Одна из крупнейших газет Норвегии Aftenposten принесла свои извинения за публикацию материала о грядущих похоронах Санта-Клауса, сообщает The Guardian. В некрологе говорилось: „Наш дорогой рождественский дедушка, родившийся 12 декабря 1788 года, умер 3 декабря в Нордкаппе (самая северная точка Норвегии)“. Отпевание, по версии издания, должно были пройти в часовне на Северном полюсе 28 декабря. Причина смерти не указывалась, лишь уточнялось, что автор новости — „весь мир“. Редакторы Aftenposten извинились за выдуманную публикацию, объяснив ее ошибкой компьютера. В обращении газеты отмечалось, что у Aftenposten есть строгие правила относительно некрологов и данный материал им не соответствовал». [источник]

Несомненно, это была компьютерная ошибка. Как продвинутый пользователь компьютера, я прекрасно понимаю, что в случае скачка напряжения в электросети программа для вёрстки газет может создать и добавить в вёрстку случайный некролог, который, поскольку это всё же досадный сбой, не соответствует «строгим правилам относительно некрологов». Ага.

В той радиосказке мысль была такая, что некая универсальная машина, которая умеет создавать что угодно, получила от какого-то, как бы теперь сказали, тролля, задание «создать НИЧТО». Он долго ничего не замечал и троллил машину дальше, пока она (будучи троллем более высокого уровня) не намекнула ему, что для создания «НИЧТО» необходимо уничтожить всё, и что именно этим она сейчас и занята. И перечислила пару десятков слов на букву «н» (она начала с этой буквы), означавшие вещи, которых уже не стало. Тогда, спохватившись, он наконец-то заметил, что слова-то знакомые (для него, но уже не для нас с вами), а вещей этих больше нет. И как раз оттого, что их нет, он и не замечал их отсутствия! (Кто помнит авторов этой сказки, подскажите.)

Сказка была очень забавная, но как быть нам теперь, когда мы замечаем, что половина из вещей, которыми мир держался много лет, либо уже перестала существовать, либо начинает размягчаться и превращаться в что-то, что то ли есть, то ли нет?

Поясню. Каждая вещь имеет свою степень прочности. Во всех эпохи были нечистоплотные чиновники. Но в одни эпохи государство, опираясь на чиновников, могла достигать поставленные задачи и, например, проводить форсированную индустриализацию, а в другие не только процветает коррупция, но и прямо сообщается, что 70% указов вообще не исполняется. И всем понятно, что в итоге в одном случае машинка работает, а в другом — нет. Разница количественная, а эффект качественный. В одних случаях кирпичик держит нагрузку конструкции, а в других — не держит.

Наверное, ни для кого не секрет, что слова «мама» и «папа» кое-где считаются неполиткорректными, а сказавший сегодня о норме доверия к полиции может вообще нарваться на осмеяние. Так же и слова «светлое будущее» без конкретных пояснений вызывали бы усмешку, а слово «гомофобия» — так и вообще является ругательством.

Наверное, если немного подумать, то можно догадаться, что такой полуразрушенный мир (или, как его называли те, которые проектировали это разрушение, «мир руин») — он уже не вполне жизнеспособен. Это примерно как полуразрушенное здание. Оно ведь не только аварийно (никогда не знаешь, где «огребёшь») — оно открыто ветрам и дождям. В нём можно временно укрыться, но нельзя по-настоящему жить.

Так как же быть? Да, понятно, что надо сопротивляться разрушению дома. Надо беречь каждый его блок, и здесь, наверное, не страшно даже немного перебдеть в стиле «ничего не трогайте, как бы чего не вышло». Но как быть с тем, что уже потеряно? Как быть с «духовными скрепами», когда это словосочетание тоже превратилось в объект насмешек? Как быть хотя бы с верой, если даже многие из называющих себя верующими, если разобраться, уже ни во что не верят?

Восстанавливать утраченное? Но как? Неужели придется осваивать профессию строителя? И что, проводить кап. ремонт без выселения жильцов? И ведь это далеко не все вопросы...

Или махнуть на всё рукой, держаться за свой айфон как за единственную уцелевшую ценность и созерцать, как окно Овертона «хлопает», разрушая то один, то другой элемент, ловко уворачиваясь от падающих кусков своего собственного сознания и всё более и более озверевая от холода?

Дорогой читатель, я не имею хорошего и однозначного ответа на этот вопрос. Я, конечно, имею по этому поводу мнение (иначе бы я не считал себя вправе искушать тебя унынием), но хотелось бы услышать твое мнение.

Tags: модерн, постмодерн, руины
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments